Петр Люкимсон:
В 2020 году мне довелось перевести большое интервью, к сожалению, ныне уже покойного бывшего зам. начальника ШАБАКа Ицхака Илана. Репатриант из Грузии, внук раввина, занимавший призовые места на Всесоюзных олимпиадах по математике, занявший в итоге одно из высших мест в иерархии израильских сил безопасности, он еще в 2005 году понял, чем закончится «итнаткут», и предлагал к этому готовиться. Предлагаю вашему вниманию отрывок из того интервью, который мне кажется очень знаковым. Понимаю, что сегодня многим трудно читать такие большие тексты, но мне кажется, он того стоит.
-----------------------------------------------------------------
- А с Яхьей Сануаром ты знаком?
- Да, и очень хорошо. В свое время встречался с ним в тюрьме. Он спросил, на каком языке я предпочитаю разговаривать – на иврите или арабском? Я выбрал арабский, чтобы предельно ясно донести до него то, что мы хотели ему сказать. Это – очень опасный, очень жестокий и умный враг.
Демонстрации у забора безопасности, ночные вылазки, огненный террор… Все это – его проекты. Под его руководством ХАМАС добился невиданных успехов с помощью методов каменного века. Впервые он стал командиром ячейки террора при шейхе Ахмаде Ясине. Жестокость Яхьи Сануара ужасает. Он лично убивал тех, кто подозревался в сотрудничестве в Израиле. И, поверь, ни тебе, ни кому-либо другому не стоит слушать о том, как именно он их убивал.
- С ним можно попытаться договориться?
- В политическом смысле – нет. Сильно ошибается тот, кто так думает. Но Сануар знает нас лучше, чем кто-либо другой. Он ежедневно читает «Едиот ахронот» и «Маарив». Он знаком со всеми сторонами жизни израильского общества. И он ненавидит нас смертельной ненавистью. Его старший брат, Мухаммед Сануар, был первым командиром подраздления ХАМАСа в Хан-Юнисе.
- Он жив, этот брат?
- Да. И он тоже обязан своей жизнью кое-кому из наших. Когда Ами Аялон был главой ШАБАКа, я пришел к нему для того, чтобы получить разрешение на ликвидацию Сануара-старшего, но он ее не дал. Насколько я знаю, он даже не поднял этот вопрос на политическом уровне.
- И все же мне кажется, что Яхья Сануар – это представитель другого поколения лидеров ХАМАСа. Он понимает, что ему надо учитывать нужды своего населения и готов заключать с нами сделки. Он понял, что насилие ни к чему не приведет…
- Ты знаешь, что на арабском значит «альваса»? Иллюзия, мираж. То, что ты сейчас говоришь – это «альваса». Мне бы очень хотелось, чтобы ты был прав. Но к моему великому сожалению, ты заблуждаешься.
- Но почему?! Смотри, Сануар сейчас заговорил об обмене пленными, попросил Израиль доставить в Газу аппараты ИВЛ. Похоже, с ним можно заключить перемирие сроком на 10 лет…
- Если это будет сделано, это будет катастрофической ошибкой. Вообще, все наши действия в секторе Газы – это одна большая ошибка. Помнишь, после ликвидации Баха Абу Аль-Ата они начали перестрелку, в которой мы убили 25 их боевиков? Так вот, надо было убить 2500, и тогда сейчас вокруг Газы была бы тишина. Это – единственное правильное решение. Повторю, к моему великому сожалению.
- Ты ведь сейчас понимаешь, что это нереально, верно?!
- Нет, неверно. Нет никакого другого способа покончить с террором, кроме как установить контроль над территорией, из которой он исходит. Я говорил это еще во время интифады, и был прав. Нельзя решить эту проблему ударами с воздуха. Использование «Железного купола» - это ошибка. То есть сама система замечательная, но она не привела к снятию напряженности вокруг сектора, не принесла спокойствия жителям приграничных населенных пунктов. Зато уже сейчас у ХАМАСа есть ракеты, способные долетать до Тель-Авива и даже дальше. А что будет, когда Иран передаст им ракеты еще большей давности с предельно точной системой наведения, управляемые по GPS?! Это станет огромной проблемой.
- Так что ты предлагаешь?
- Снова оккупировать сектор Газы. Как мы это сделали с Иудеей и Шомроном. Другого пути нет. В свое время я это говорил Буги.
- Какой ценой?! По оценкам ЦАХАЛа, в ходе такой операции погибнет не меньше 500 наших солдат.
Продолжение:
- Глупости. Меня на такие дешевые доводы не купишь. Если постоянно заходить в Газу и выходить из нее, то ты и в самом деле будешь нести огромные потери. Но если ты всерьез решил занять определенную территорию, все происходит иначе.
Большим количеством убитых нас пугали и накануне операции «Железная стена», но в итоге мы ее провели с куда меньшими потерями, чем предсказывалось.
А что было во время операции «Несокрушимый утес»?! Мы сбросили тонны бомб с воздуха на туннели и подземные склады ХАМАСа, и все впустую. И когда Нетаниягу заявил, что он готов на прекращение огня на любых условиях, это был позор.
Повторю: нет иного пути, как войти в Газу и зачистить ее от ракет и террористов. Нужно лишь разработать четкий план такой операции. И тогда потери будут сведены к минимуму.
- Ицхак, все это звучит как безумие. Ты знаешь Газу куда лучше меня. Это – смертельная ловушка. Почти каждый дом станет там такой ловушкой.
- На самом деле у нашей системы безопасности есть детально разработанный план таких операций. Мы осуществили его в Иудее и Шомроне, на куда большей территории. Сектор Газы куда меньше. Это займет примерно полтора года.
- И сколько наших ребят погибнет за эти полтора года?
- Я никогда не забуду, как предложил еще до начала операции «Железная стена» занять один лагерь так называемых палестинских беженцев. Тогдашний министр обороны Фуад Бен-Элиэзер вызвал к себе меня и еще одного генерала ЦАХАЛа, не буду называть его имени.
Когда мы вошли, рядом с министром сидела его заместитель Далья Рабин. Фуад спросил, что думают ЦАХАЛ и ШАБАК по поводу операции в лагере беженцев. Генерал ответил, что армия против, поскольку в этом случае «прольются реки крови» - как арабской, так и нашей. Я знал, что он говорит глупости: не будет ни рек, ни крови. Но я оказался в очень непростой ситуации: мой сын тогда служил в «Гивати» под началом этого генерала, и мне не хотелось ущемлять генеральское самолюбие, чтобы не навредить сыну.
Поэтому я как можно мягче сказал, что у ШАБАКа другое мнение: операция осуществима, причем с минимальными потерями.
Фуад потребовал объяснений, и я объяснил. В итоге было решено начать операцию.
Когда мы вышли из кабинета министра, генерал почти с ненавистью сказал мне: «Тебе легче бросаться такими фразами – ты в штатском, ты ни за что не отвечаешь!».
Помню, я побагровел от гнева, но сдержался, и лишь ответил: «Каждый из нас делает свое дело».
בשנת 2001 בימי האינתיפאדה השניה המדממים אמרה הנביאה נעמי שמר:
"הערבים אוהבים את הרצח שלהם חם, לח ומהביל, ואם אי פעם יהיה להם החופש להגשים את עצמם, אנחנו נתגעגע לגזים הטובים והסטריליים של הגרמנים".
באוקטובר 2015 ציטטתי אותה בכנסת.
זו היתה אחת התגובות:
