«Десять заповедей» харедимной бригады ЦАХАЛ
Журналисты армейской радиостанции «Галей ЦАХАЛ» опубликовали интересный свод правил под названием «Десять заповедей бригады „Хашмонаим“». Это рабочее название первой армейской бригады только для харедимных призывников.
1. Важнейшей задачей бригады «Хашмонаим» является соблюдение заповедей в соответствии с еврейским законом.
2. Бригада «Хашмонаим» управляется в соответствии харедимным образом жизни, чтобы позволить служащим сохранять свою идентичность.
3. Служба в бригаде не является «плавильным котлом». Более того, бригада приложит все усилия для сохранения и укрепления идентичности служащих, чтобы не оторвать его от общины и принятых обычаев.
4. Служба в бригаде только для мужчин, без исключений: на протяжении всего срока службы, в любом месте и ситуации (за исключением оперативной боевой деятельности и военной обстановки, но и там — только с учетом наличия опасности для жизни; опасность для жизни позволяет облегчать в практических религиозных вопросах — ЛВЧ).
5. Питание в бригаде будет с наивысшим уровнем кашерности («Бадац Эда Харедит» и/или «Рав Ландо»).
6. Каждый военнослужащий бригады обязан молиться 3 раза в день в миньяне (кворум из не менее 10 взрослых мужчин — ЛВЧ).
7. Каждый военнослужащий бригады обязан посещать ежедневные уроки Торы (за исключением оперативной боевой деятельности и военной обстановки, но и там — только с учетом наличия опасности для жизни).
8. ЦАХАЛ обязывается создать раввинский совет, состоящий из представителей разных направлений (хасиды, литваки, сефарды и т.п.) и общин, для поддержки военнослужащих бригады. Совет будет курировать деятельность бригады и служащих во всем, что касается духовных вопросов, а также сохранения их образа жизни и идентичности харедимных солдат.
9. Бригада позаботиться о том, чтобы раввины были представителями харедимного сектора (а не выходцами из религиозно-сионистского — ЛВЧ).
10. Все офицеры и командиры, а также все служащие небоевых специальностей (материальное обеспечение, логистика и т. п.) будут верующими и соблюдающими заповеди Торы.
Важно отметить, что армия не уточняет, какой реальный правовой статус у этих постулатов, и что из этого будет на практике. Выглядит это как устав ешивы, а не армейской бригады. Но, учитывая ситуацию, ЦАХАЛ активно доказывает харедимному сектору, что собирается сохранять его образ жизни и обычаи — во время службы.
Фото: Эфи Путермильх
———
Подписаться на «Людей в черном» | Помочь развитию канала
«То, что он слышал дома, давало ему силы воевать». Раввин Хаим Илель, отец погибшего солдата, рассказывает о сыне.
Старший сержант Яаков Илель, пулеметчик из «Сайерет Голани» погиб в Ливане в канун праздника Суккот. Яаков, 3 из 10 детей, вырос не просто в харедимной семье. Его дед, в честь которого он был назван, рав Яаков Илель — известнейший раввин и каббалист, автор многих книг, глава сети ешив. Отец, раввин Хаим Илель — также известный раввин и преподаватель. Такое происхождение внутри харедимной среды обязывает идти по стопам предков, но Яаков Илель выбрал свой путь. Рав Хаим Илель дал интервью изданию «Ynet» — в память о павшем сыне и том выборе, который он сделал в жизни. Прямая речь отца солдата в нашем переводе (с небольшими сокращениями).
«Это не был другой образ жизни, это был его собственный путь. Его братья учатся в ешиве, а он хотел пойти в армию. Он не был воспитан, чтобы служить в армии, но это был его выбор. Он был, прежде всего, человеком истины, он прокладывал правильный и истинный путь… Когда он видел то, что считал правильным, ему было все равно, что скажут вокруг. Это было очень характерно для него.
Яаков всегда приходил домой на Шаббат… Одна из вещей, которая вызывает у нас приятные ощущения, это то, что мы всегда были с ним. Путь, который он выбрал — с большими сложностями, требовал усилий. Он отличался происхождением от остальных солдат. Он не получил берет от своего дедушки (имеется в виду — его предки не служили в армии). Но он был проникнут своей миссией, а мы были всегда рядом с ним. Сегодня это дает нам самые лучшие чувства: мы (семья) понимаем, насколько были важны хорошие отношения между нами.
Я слышал от многих людей, что именно он укрепил их в религиозном плане… Он освятил Имя Небес — и при жизни, и в своей смерти. В жизни он всегда был в большой кипе, и с кистями-цицит наружу, и это было нелегко (в армии). Среди своих товарищей он был ответственный за Кидуш и Авдалу (в Шаббат) и все молитвы. Когда он возвращался домой, он не спорил с мнением тех, кто не призывается в армию, он всегда уважал изучающих Тору, и в то же время все время укреплял (в вере) своих друзей в армии…
Офицеры-информаторы сообщили о его гибели в вечер праздника (Суккот)... Он знал, на что шел. Друзья проигрывали нам записи разговоров перед входом в Ливан, и там его спрашивали, не боится ли он идти первым. Он сказал: „Я не боюсь. Я делаю то, что необходимо и что правильно для народа Израиля, и если я погибну, буду гордо смотреть сверху“. Нам ясно, что он ни о чем не жалел… Мы верим, что у него был порыв выполнить свою миссию и стать святым, отдавшим жизнь за народ Израиля.
Я сказал командирам, которые были здесь: то, что он слышал дома, давало ему силы воевать… Я говорил ему (сыну): «90 процентов тебя — это твой дух, знание того, что ты борец за землю, в которой — твои корни, за Землю Израиля, за еврейскую жизнь на Земле Израиля, и ты присоединяешься ко всей истории народа Израиля». Мы говорили об этом. Он видел в этом миссию, историческое национальное видение. Это то, за что он выступал, и не только он, мы видим это на протяжении всего прошлого года. У нас есть замечательные люди… молодые люди, готовые сделать всё для народа Израиля».
