Пишет Шломо Фильбер:
Закон о призыве – без политики и эмоций: о чём на самом деле идёт речь?
Уже десять лет в Кнессете пытаются выработать комбинацию, которая удовлетворила бы пять национальных потребностей. Министры обороны Либерман, Ганц, Галант и Кац вместе с Лапидом и Беннетом как главами правительства с 2018 года предложили пять разных проектов закона.
Удивительно, но по самым важным вопросам – квоты призыва, период адаптации и санкции – текущий закон является более строгим для харедим.
Пять ключевых тем, которые охватывает закон:
Вовлечение харедим в армию – баланс между потребностями армии и принципом равенства.
Законы о призыве касались включения харедим в армию с учётом двух основных аргументов: с одной стороны, потребности армии в увеличении численности – хотя на практике, до начала войны, армия этого фактически не требовала; с другой стороны – конституционный принцип равенства в бремени службы, который Верховный суд настаивал реализовать.
Связь между военной службой и выходом на рынок труда («возраст освобождения»).
Ещё одной ключевой темой было создание или отмена связи между армейской службой и разрешением на трудовую деятельность, известное как «возраст освобождения». Здесь пытались сбалансировать желание включить харедим в рынок труда и стремление не предоставлять преимущества в учёбе или работе тем, кто не служил. В предложениях законопроекта «возраст освобождения» колебался от 22 до 26 лет. Будучи министром экономики, Беннет настаивал на снижении возраста до 22 лет, но в текущем законе он установлен на уровне 26 – что выгоднее харедим, которые хотят, чтобы студенты ешив учились как можно дольше.
Цели призыва и период адаптации армии к закону.
Цели призыва устанавливались с пониманием необходимости периода адаптации – как для харедим, так и для ЦАХАЛа, чтобы подготовиться к приёму и организации специальных рамок. Ранее цели призыва были ниже и соответствовали естественному социальному процессу мобилизации харедим. В текущем законе, после войны, квоты почти удвоены по сравнению с предыдущими предложениями, а период достижения целей сокращён.
Вид службы – баланс между вкладом в общество и потребностями армии.
Во всех предыдущих предложениях, кроме проекта Эдельштейна, который требовал увеличить число солдат, допускалось признание национальной службы и работы в спасательных организациях как значительного вклада в общество. В текущем законе эта опция сохранена.
Санкции и обеспечение соблюдения закона.
Текущий закон включает более чёткий и эффективный механизм санкций, чем все предыдущие проекты. Он будет применяться как к отдельным лицам, так и к учреждениям. Цель – обеспечить выполнение положений закона о призыве, акцентируя ответственность как личности, так и института.
Почему же все недовольны?
Во-первых, призыв харедим долгое время был инструментом влияния для множества партий и политиков, и решение вопроса смещает акценты их кампаний.
Во-вторых, среди резервистов и их семей (тех, кто отслужил сотни дней на линии фронта, большинство из которых – избиратели Смотрича и Ликуда) существует справедливое раздражение по поводу харедим. Но раздражение – это не программа, а законы создаются не для мести, а для национального баланса.
В-третьих, в пустой и поверхностной дискуссии в СМИ и соцсетях большинство высказывающихся не сравнивают закон с предыдущими. Неясно, является ли он ужесточением или смягчением, и каковы реальные потребности ЦАХАЛа и его способность к адаптации.